Достойный, правильный и, главное, справедливый ответ! Если не смогли объяснить, что за погибшие, и почему надо быть на митинге их памяти - получите!.. Какие учителя...
Я детство свое пионерское помню. Бесконечные "вахты памяти" и караулы у вечного огня. В то время как память - вещь индивидуальная. Чтобы помнить, необязательно стоять три часа в строю на солнцепеке. А фразу "Памяти павших - будьте достойны!" - не понимаю до сих пор.
Память - действительно, вещь индивидуальная. У нас не было "бесконечных" вахт и караулов, наверное, потому, что не было в нашем селе не было вечного огня. А крестьяне обычно более здравомыслящи, чем интеллигенты, поэтому такого идиотизма вообще было меньше, хотя и нельзя сказать, что его не было вообще. С другой стороны, у меня были личные причины для такой памяти: один дед закончил войну в Кенигсберге, другой - погиб под Полтавой. После войны бабушка снова вышла замуж за фронтовика, он и стал моим дедом. С детства я видел фронтовые награды и чувствовал, что деды прошли через что-то, чего я никогда не узнаю.
Уверен, подвиги предков надо помнить и чтить, неважно, было это десятки, сотни или тысячи лет назад. Это дает ориентиры в нынешней жизни, а порой и силы жить. Но учить этой памяти тоже надо умело, чтобы не получалось так, как получилось с нашим поколением, когда вся эта память была опошлена таким отношением, всей этой казенщиной и бюрократией. Уверен, это было одной из самых главных, если не главной причиной крушения тогдашней идеологии и гибели СССР - такие вот учителя, такое вот чиновничье отношение.
no subject
Если не смогли объяснить, что за погибшие, и почему надо быть на митинге их памяти - получите!..
Какие учителя...
no subject
no subject
У нас не было "бесконечных" вахт и караулов, наверное, потому, что не было в нашем селе не было вечного огня. А крестьяне обычно более здравомыслящи, чем интеллигенты, поэтому такого идиотизма вообще было меньше, хотя и нельзя сказать, что его не было вообще.
С другой стороны, у меня были личные причины для такой памяти: один дед закончил войну в Кенигсберге, другой - погиб под Полтавой. После войны бабушка снова вышла замуж за фронтовика, он и стал моим дедом. С детства я видел фронтовые награды и чувствовал, что деды прошли через что-то, чего я никогда не узнаю.
Уверен, подвиги предков надо помнить и чтить, неважно, было это десятки, сотни или тысячи лет назад. Это дает ориентиры в нынешней жизни, а порой и силы жить.
Но учить этой памяти тоже надо умело, чтобы не получалось так, как получилось с нашим поколением, когда вся эта память была опошлена таким отношением, всей этой казенщиной и бюрократией.
Уверен, это было одной из самых главных, если не главной причиной крушения тогдашней идеологии и гибели СССР - такие вот учителя, такое вот чиновничье отношение.